Holden Caulfield

Japan BP 2011

Ну и вид спорта у нас.

Семь минут наедине с толпой. Она может смотреть на на тебя с недоверием, шипеть, кричать "позор".
Стой. Не поддавайся. Продолжай.

Я отказываюсь от микрофона. Я хочу, чтобы они дышать боялись. Чтобы в самом дальнем углу зала то, что я говорю, было услышано. "Ближе, бандерлоги".

Многие люди боятся говорить на публике. Теряются. Забывают всё, что хотели сказать.
А для меня - наркотик. Чем больше зал, тем лучше. Ты идёшь к трибуне под оглушительный грохот (дебатёры в знак одобрения вместо аплодисментов стучат рукой по столу), вопли и скандирование. Встаёшь, поднимаешь глаза. 64 команды со всей страны стремились на место, где я сейчас стою. 300 человек замерли. Тишина. Секундомер помощника главного арбитра её разрывает. Старт.

Прощупать зал какой-нибудь шуткой. Сорвать первую овацию в раунде. И в бой, заставлять их верить в то, что ты говоришь.

В глубине зала - наш клуб. Хиромити ведёт для тех, кто не смог прийти, прямую трансляцию игры в "Твиттере". Наохиро сидит с блокнотом. Маюри держит пальцы скрещенными. Молодёжь вооружилась диктофонами.

Японский турист везде ходит с фотоаппаратом на шее. Японский дебатёр - с диктофоном.
Перед игрой ко мне подходит парень из Киотского университета и спрашивает, можно ли снять мою речь.

Соответствовать ожиданиям. Держать планку. Я их тренирую, а из них каждый спит и видит себя чемпионом мира. Многих в этом зале я судил. Когда ты объясняешь человеку, почему он проиграл, ты должен быть железобетонным авторитетом для него. Споткнись раз - и твоим доводам перестанут верить.

Конец речи. Взрыв одобрения. Очередь оппозиции.
Спина. Сейчас Кэйта Такаянаги попробует меня уложить вот на этом пункте. Отлично, я это предвидел. Стиви, прикрой. Вот здесь можно красиво контратаковать - они не откопаются. Не уходи от столкновения, лезь в пекло.

Надо делать это красиво. Чтобы тебя боялись. Мне дико нравится видеть панику в глазах соперников, когда они видят, что жеребьёвка их определяет в один раунд со мной.
Иногда это забавно. Наша молодёжь тоже боится. Боится всяких Кэйо с Васэдой. Как будто там боги играют. Страшно? Ладно, я их сейчас выпорю прилюдно, а там посмотрим.
В финал мы их не пустили.

В финале мы полсантиметра проиграли Токийскому университету с прекрасным Рётаро Танакой. Даже не обидно. Хоть и моя ошибка: не рискнул устроить им тактический сюрприз с расстановкой и перехватить инициативу.
Зато красиво. Настоящая битва. Будет что разбирать на лекциях.

Теперь в личном зачёте я шестой в стране. Хитоцубаси - в четвёрке лучших клубов Японии, впереди Васэды и Кэйо. Кубок финалиста на клубной полке.

Год для меня закончен.
Разбор на сайте клуба. Тренировки. Чемпионат мира меньше чем через две недели. Теперь их очередь.

Posted via LiveJournal app for iPhone.

Holden Caulfield

Или мне придётся тоже

Бессмысленность. Зубастая, лохматая бессмысленность. Грязная, идиотская жизнь, о которой и вспоминать не хочется. Ещё меньше хочется её доживать.

Я живу по одной единственной причине. Я знаю, что моя смерть укоротит жизни нескольких людей, которых я очень люблю. "Борясь с искушением лезвия", я понимаю, к тому же, сколько дебильных хлопот вызволение тела из чужой страны и завершение моих дел может доставить.
Хочется достать это устройство из "Людей в чёрном" и убедить их, что меня никогда не было.

Иногда даже чтобы просто рухнуть вниз, требуется приложить нечеловеческое усилие.

Я ухожу, оставляя... ничего. Ровным счётом. Я себя чувствую кругом виноватым и совершенно не понимаю, что с этим делать.
Я огрызаюсь, кусаюсь и не открываю дверь, когда мне плохо. Телефонный звонок спиливает зубы как точильный камень. Моя мечта - Hueco Mundo из "Bleach". Где ночь, песок, луна и одиночество.

Акира в нашем последнем разговоре сказал, что он уже не настолько чист, как ему хотелось бы.
Что мне на это теперь ответить? Я же в миллионы, миллиарды раз хуже. И самое главное - я ещё живу. Не заслуживая этого.
Если бы жизнь можно было перевести на чужой счёт как на мобильный телефон. Тому, кто умеет её прожить умнее, чище и светлее, чем ты.

Перечитал свой дневник за год. Такая мерзость, как грязные ботинки на белом ковре. Я никогда не смогу держать чью-то руку и дрожать, боясь спугнуть чистоту. И это самая тяжёлая потеря.

Я не успел.
Не смог.


***


Снег однажды пойдёт вверх. Он пойдёт вверх, чистый и белый, он наполнит небо своей чистотой. Он простит нам то, что мы топтали его ногами. Простит грязь нашего мира, на которую ему пришлось падать. Простит нас за то, что не ценили моменты чистоты. С тротуаров, с крыш и карнизов вверх полетят белые хлопья.

Спи. Шелестит листва за окном,
Поёт пыльный ветер в водосточных трубах.
Спи и вечным сном
Целуй меня в губы,
Целуй меня в губы...

Posted via LiveJournal.app.

Holden Caulfield

デモ




Мысли немножко сконденсировались.

Это был очень долгий день. Невероятно долгий, так много в него спрессовалось.
Если честно, сейчас кажется, что мы с vorewig разговаривали в позапрошлой жизни, а не позапрошлым утром. В Москве было 5 утра, в Токио - 10. Он уходил поспать хотя бы пару часов. Я поспал свои пару часов и тоже уходил.

У меня, в общем-то, по итогам только один вопрос: и что?
Что случилось? Чего все так боялись?

Земля сошла с орбиты?
Кого-то БТРом переехало?
Где русский бунт, бессмысленный и беспощадный?

"Только что провокатора, призывающего к агрессии, толпа скрутила и отдала полиции! Мне кажется, мы меняемся".

Мы посмотрели друг другу в глаза. И оказались... людьми.
Не поверите. Мы столько лет считали друг друга врагами.
Мы посмотрели в глаза полиции и увидели, что она тоже умеет видеть в нас людей. В России. Вот же новость.
Стрелка на часах изогнулась от напряжения, но часовой механизм её неумолимо сдвинул, и она показала новую эпоху.

На "Первом канале" вышел телесюжет про московский митинг. С фамилиями. Без слова "шакалить". Кто мог это себе представить хотя бы неделю назад? Оказывается, можно. Никого не расстреляли.
Националистов в толпе и на сцене освистали. Не пустили Лимонова к микрофону (аминь!). Да, их местами было неприятно много. Но они хорошо организованные маргиналы. Не более. Кто теперь в этом сомневается?
Санкт-Петербург слушал новости о Москве и апплодировал. И болел. И переживал. Сообщения летали между Токио и Лондоном, Екатеринбургом и Парижем, Нью-Йорком и Владивостоком.
На митинге в Москве развевался радужный флаг ЛГБТ. На нём говорили про ЛГБТ. На нём никто не бил ЛГБТ.
В Токио доброжелательная группа русских, немного по моим прикидкам не дотянувшая до 1% от всего русскоязычного населения страны, прогулялась по Адзабу с цветами и ленточками солнечным декабрьским полднем. Потом читала о себе в ньюслентах и смотрела в вечерних новостях.

После акции Акио мне сказал:
- Никогда не видел людей, настолько дорожащих своим гражданством.
Я их сам никогда не видел. Для меня это открытие.

Про акцию в Токио напишу в "Слоне" с фотографиями. Что не влезет - будет здесь.
А пока... Я не помню, когда я это говорил в последний раз. Может быть, никогда.
Тем лучше.

Россия, спасибо тебе.
Я очень тобой горжусь.
Holden Caulfield

Жизнь в плюсквамперфекте

Хорошо, если ты хочешь мне сниться, снись. 6 часов жизни я готов уделять тебе полностью. Уделял бы и остальные 18, но в них ты заявляться отказываешься.
Только снись почаще, хорошо?

Было очень забавно, когда мы вдвоём лежали на широченной кровати ночью и читали. Если я сова, то ты сова в кубе и со значком интеграла слева. Я, естественно, засыпал первым, прямо на книжке. Просыпался часом позже и обнаруживал тебя. Только ты не читал. Ты смотрел на меня.
Наутро ситуация повторялась с точностью до наоборот. У меня на кухне булькала овсяная каша в кастрюле, а сова в кубе со значком интеграла слева дрыхла в постели, завернувшись в одеяло и изображая оффлайн.
Я недоумевал, как мама тебя поднимала в школу. Впрочем, из родительского арсенала у меня под рукой было немного, поэтому приходилось поднимать самым жестоким способом. Любовью.
- Хочу на ручки!
Это грязный, грязный трюк. При первой попытке взять его на ручки, Акира железной лапой затаскивал меня самого под одеяло и держал там пока его величество не сочтут, что за пределами одеяла есть дела поинтереснее. Я освоил высоты маркетинга, рекламируя из под одеяла достоинства своей овсяной каши.

Всё это теперь знаю и помню только я. Иногда страшно не успеть записать всё, пока оно не исчезло насовсем из этого мира.


***


Что делать, когда нечего делать?
D'une lettre particulière:

...С мая по сентябрь 2005-го ничего не было. Вообще ничего, я был наедине с ядерной бомбой, взорвавшейся внутри, и в полностью враждебном окружении. Как справился? Я себе придумал будущее. И жил в нём. Всякий раз, когда реальность ко мне приставала, я показывал ей средний палец и шёл делать что-то, что хоть на шаг меня приближало к моему будущему. Шёл в фитнес-клуб, учил языки, уезжал кататься на велосипеде. "Меня это не касается, потому что у меня всё будет по-другому".

Активно предлагаю этот метод. Нарисуй себе будущее. В самых мелких деталях. А теперь представь, что на него упала огромная, серая, холодная и пыльная бетонная плита. Это твоё настоящее. Теперь составь список действий, которые тебя хоть на шаг приближают к твоему будущему. Хоть на миллиметр приподнимают бетонную плиту. Теперь наполняй свой день как можно большим количеством таких действий. Например, ты идёшь на работу не потому, что тебе хочется жрать, а потому, что 100 рублей из заработанного сегодня ты отложишь на... учёбу, Гавайи, липосакцию, проституток, похороны соседки (нужное подчеркнуть). На мечту...

C'est la vie, ma Julie... Ну и как там дальше у Дассена.


***


Я перестал бояться вообще всего. Перестал беспокоиться. Смерть я точно встречу со словами: "Ну наконец-то". А всё остальное - ещё даже не смерть.
Уже совсем не интересно, что подумают другие. Что будет в случае неудачи. Это такая жизнь в режиме террориста-смертника. Ни тело, ни мозг не протестуют против работы допоздна, температуры, холода в квартире и пустоты в холодильнике. Они не ждут никаких вознаграждений. Они функция. Функция должна заткнуться и работать.

Последние четыре недели года я проживу в этом монастыре. Отработаю всё, что задолжал жизни. Выведу счёт в ноль. А там, может быть...

Средний палец жизни. Ушёл поднимать плиту.
Впрочем...


Он как обычно удивителен. Что даже неудивительно.
Начинает играть как в баре, заканчивает - как в храме.
Мира вашим душам.

Holden Caulfield

Записки пылеглота

Я ненавижу два вопроса, которые мне регулярно задают с достойным лучшего применения упорством.

- Скажи что-нибудь по-японски?
Ну или на любом другом языке, который собеседник считает достаточно экзотичным для услаждения своих ушей.
Это концентрированный идиотизм в гранулированной форме. Отвечаю так:
- Скажи что-нибудь по-русски?
Чем мгновенно ставлю человека в ментальный ступор. Или просто говорю слово "что-нибудь" на запрошенном языке.
В чём удовольствие, господа? В том, чтобы услышать набор звуков и ещё раз убедиться, что ни черта не понимаешь? Ни один человек, владеющий хотя бы одним иностранным языком, мне этот идиотский вопрос не задавал. Из чего я делаю умозаключение, что для тех, кто задаёт, корейский и суахили будут звучать одинаково. Какого же, спрашивается, хрена?

- Сколько языков ты знаешь?
Не знаю. Не имею ни малейшего понятия. Часто отвечаю вопросом на вопрос:
- За сколько ты пробежишь стометровку?
- Ну, в школе я пробегал...
- Нет, не в школе, а сейчас. С полным желудком, после долгого рабочего дня и кружки пива - за сколько?

Пояснение.
В отношении всех навыков действует принцип спортивной формы. Навык, который не поддерживается, постепенно теряется. Восстановить его намного легче, чем построить с нуля, но без восстановления формы потерянный навык не заработает.
Язык - это навык. Ему абсолютно с прибором, когда ты его учил, какую оценку тебе поставила в аттестат учительница Мария Ивановна, и даже на диплом филолога ему наплевать. Когда человек спрашивает, владею ли я итальянским, он ведь имеет в виду следующее: можешь ли ты сейчас свободно поддержать беседу на итальянском? И я честно отвечаю: нет. Несмотря на то, что в отдельные периоды жизни работал переводчиком итальянского и говорил на нём довольно неплохо. Потому что теперь не говорю. При всём этом, я спокойно понимаю итальянский, и никаких усилий мне для этого не нужно.

Здесь нужно ещё одно пояснение. Навык бывает активным и пассивным. Все, увидев картину в Лувре, смогут опознать её как "Мона Лизу"? Прекрасно. Это пассивное знание. А сколько из вас по памяти (по памяти!) сможет воспроизвести картину?
Это активное знание. И между ними пропасть. Количество языков, которыми я владею пассивно, думаю, превышает 20. Но я никогда не скажу, что владею польским, поскольку читаю Сенкевича в оригинале. Или португальским. Или каталанским.

Вообще, меня так часто спрашивают, как учить языки, что я скоро книжку на эту тему напишу, наверное. Только она будет скорее о том, как не надо учить языки.

Знание кучи слов, таблиц спряжения и предложного управления - это не знание языка.
Пример. Пришёл ко мне однажды друг:
- Макс, у меня завтра экзамен по французскому. Можешь помочь?
Не заставляйте меня говорить по французски. Я читаю Дюма и Камю в оригинале без словаря, но говорить по-французски не стану даже под ружьём - мне стыдно.
Но не в этом был главный прикол. Я за 5 минут составил на бумажке импровизированный тест по тем поганостям французского языка, о которых непременно спросят. И у человека, который год мучался с учебником, наступил коллапс мозговой функции уже на вопросе, а как выглядит единственное число от les yeux.
Дебилизм продолжился уже на самых базовых вещах. Почему в la télévision нужны accents? То есть ему не рассказали, что будет, если их там не проставить. Предложили запомнить. Элементарных закономерностей правописания, структуры слога и произношения гласных не объяснили.
- Макс, почему в la bête нужен accent?
- Я могу объяснить с двух позиций. Первая, для умников: потому что в старофранцузском там стояло сочетание -st-, которое давало закрытый слог, и гласный получался открытым. Потом -s- выпала, слог стал открытым, но произношение гласной сохранилось. Что и отразилось в написании. Можешь проверить по английскому bestiality или французскому bestialité. Но это нюансы. Можно проще. Оставь слово без accent, и как ты его прочитаешь? Правильно, никак, так во французском языке не бывает.
Мозг. Везде нужно использовать этот орган.

Спряжение глаголов, вещь простейшая и логичнейшая в романских языках - и опять предлагают зубрить. Ну нельзя же так. Нужно всего-то запомнить два ряда окончаний - и voilà.

Ещё регулярно вижу японцев, которые зубрят списки слов. Целые книжки покупают.
Приз за маразм каждому. Ну и авторам подобных книжек.

Одно из последних моих приобретений в английской лексике - hydraulic fracture, "разрыв пласта". Ни разу не из списка слов на нефтегазовую тематику. Читал текст про shale gas, "сланцевый газ", и попалось. Понял по контексту. Всё.
Исследования показывают: свыше 95% активного (и пассивного - там доля даже выше) словарного запаса люди усваивают не из списков слов в учебнике и не из словарных статей. Усваивают, многократно встретив в контексте. Японское слово 懸念, "озабоченность", я узнал из газеты. "Правительство Японии выразило... в связи с учениями ВМС Китая в Тихом океане".
"Из Техаса призывают либо быков, либо пидоров; рогов у тебя, вроде, нет, так что выбор невелик". Вот тут тоже выбор невелик. Буйную радость японское правительство по этому поводу выразить не могло.
Мозг. Опять мозг. Должен работать и не бояться этого.

Зубрить списки слов - это как пытаться запомнить движения ног Лионеля Месси при исполнении финта и потом думать, что сам сможешь воспроизвести что-то подобное.

Бернард Шоу сказал однажды:
- Я не помню периода, когда печатный лист был мне непонятен. Из чего делаю вывод, что родился уже грамотным.
Человеку, знающему язык, очень легко попасть в эту ловушку. Многие вещи кажутся самоочевидными. И не замечаются вовсе.

Именно поэтому, кстати, носители языка без специального образования - наихудшие преподаватели родного языка. Они логики не видят. Подводных камней.
Скажем, у русской приставки вы- есть интересное свойство: когда с её помощью образуется совершенный вид глагола, она перетягивает на себя ударение. "Жать", но "выжать". Многие из нас об этом в курсе?

Свои методики я регулярно проверяю на себе. Корейский я стал учить как вызов самому себе. Язык, в котором у меня нет никакого бэкграунда, кроме японского. Который тоже не выручает универсально. Всё равно всё работает. Но острота вот этого ощущения "вхождения" присутствует: ты некоторое время идёшь в языке наощупь.

А принципы такие.

1. Поменьше учебника, побольше живого языка в форме песен, стихов, фильмов и текстов.
2. Грамматику нельзя зубрить, её нужно один раз понять в форме базовых закономерностей, а потом много раз попробовать "на зуб" на том же живом языке.
3. Никаких тетрадей. Замедляет процесс и не даёт отдачи. Тетрадь будет знать язык, а ты не будешь.
4. Темп. Много и каждый день. Как можно больше и как можно более интересно.
5. Активизация. Не стой у лестницы, лезь в бассейн. Вчера несколько часов чатился по-корейски. Страшно аж жуть. Но только так нарабатывается стереотип.

А вообще - пусть каждый убивает время и деньги в наиболее приятном ему режиме. Мне больше достанется.

Posted via LiveJournal.app.

Holden Caulfield

Премия Дарвина

Что-то я быстро теряю веру в свою страну.

Меня мало волнует то, что столько людей верит в Бога - на здоровье. Меня очень волнует, как эти люди верят в него. Готовность трёх миллионов сограждан сутками стоять в 8-километровой очереди, чтобы приложиться к кусочку ткани, выдаёт в них три важных качества.
Первое: полное пренебрежение тем, что я привык, вообще говоря, считать христианством. Любовь к ближнему, стремление к духовному вместо физического, к содержанию веры вместо её формы. Неа, у нас "культ карго", просто тысячелетний. Всё христианство для самых горячих его фанатов свелось к магической тряпке.
Второе: полное отсутствие критического восприятия реальности. Ну хорошо, чёрт с ней с душой, надо геморрой вылечить. Если Господь всемогущ и милостив, он есть всюду и всегда, стоит с растопыренными ушами и ждёт молитвы - может, ему не важно, приложился ты к тряпке или нет? Посиди дома и помолись. Матом не ругайся один день. Собаку бездомную покорми и пожалей (про человека бездомного ладно уж, промолчим). Богу будет приятнее. Мы в Бога верим или в тряпку? Сколько из стоящих в очереди себе этот вопрос задали?
И третье: потрясающая готовность упорствовать в своей вере. Это ж как нужно верить в тряпку, чтобы вот так сутками на морозе стоять? Эти за свою веру точно кого угодно разорвут на части. Попутно разорвут ещё кого угодно, на кого укажут сверху - смотри второй пункт. И увещевать их Библией без пользы - смотри пункт первый.

Вот так я потерял веру в свою страну. А потом вспомнил, что это не наше изобретение, потерял веру во всё человечество разом и успокоился.
Нет, ну правда. Оставим малочисленных салафитов суду Аллаха и Переходному национальному совету в Египте, пусть у Аллаха и генерала Тантауи о них голова болит. Миллион человек (!) ежегодно ходят вокруг чёрного метеоритного куба в Мекке, затаптывая друг друга до смерти и истово веря, что делают что-то богоугодное. Сотни тысяч католиков пребывают на грани оргазма в присутствии Папы Римского - они правда верят, что он наместник Бога на Земле. В оправдание господина Ратцингера могу сказать, что на его месте успели посидеть такие заместители Всевышнего (Родриго Борджиа, он же Папа Александр VI, к примеру), что за кадровую службу Господа начинаешь испытывать опасения, а самому Ратцингеру на этом фоне хочется присвоить ангельский чин.
Ещё я вспомнил, что в США есть мормоны. То есть категория людей, активно верящая в ну уже абсолютно ничем не подтверждаемую псевдоисторическую чепуху. Против самих мормонов ничего не имею, очень приятные люди, кстати. Меня просто удивляет полное отсутствие критического сознания в людях.
Но без всяких мормонов есть, к примеру, Пэт Робертсон, который уверен, что геи стремятся разрушить церковь. Боже упаси, Пэт, нам это никогда не удастся, даже если бы очень хотелось - мафия бессмертна. Везде, где есть простор для оболванивания, найдутся люди, готовые оболваниться и ещё деньги за это заплатить. Ну или на морозе сутки постоять.

Впрочем, есть естественный отбор, есть!
Естественный отбор работает замечательно. Скажем, когда лис в определённом месте становится слишком много, у них автоматически понижается имунитет к определённому заболеванию, и лишние лисы вымирают. При превышении определённого популяционного порога крысы становятся невероятно агрессивны по отношению друг к другу, и лишних крыс съедают их же соплеменники.
Когда в Европе стало много народа, были придуманы Крестовые походы, и сотни тысяч идиотов чудесным образом сгинули в борьбе с полчищами других идиотов.
Чтобы меня не обвиняли в том, что я покрываю буддизм (будучи буддистом), ответственно заявляю, что точно так же отношусь к поп-буддизму. Люди реально верят в то, что получение шарфика из рук Далай Ламы дарует им благодать (Будду жалко - в его время Далай Лам придумано не было, как он жил без благодати?). Сюда же можно отнести реинкарнацию. Кто первый сказал глупость, что в буддизме есть реинкарнация?! Сжечь этого человека! Буддизм с реинкарнацией - это христианство с магической тряпочкой. Такая же вульгарная девиация.

Мне тут пришла в голову крамольная мысль разрезать магическую тряпочку на много кусков и просто бросить в эту толпу. Надо же дать людям шанс проявить своё христианство.

Все, думаю, знают про премию Дарвина. Даётся она людям, которые своей идиотской смертью улучшили генофонд человечества. Например, среди лауреатов субъект, на спор отпиливший себе голову бензопилой. Или человек, решивший добить прикладом ружья енота и простреливший себе в результате живот. Или товарищ, который наелся гороха и капусты, лёг спать в непроветриваемой комнате и скончался... от отравления метаном.

У меня новый номинант. 81-летняя женщина из Моздока, скончавшаяся в очереди к поясу.
Для справки: частицы пояса хранятся постоянно в нескольких московских храмах. Хоть оближи ларец три раза по периметру, безо всяких очередей. Нет же, другой кусок тряпки целебнее. Если учесть, что пояс, по поверьям, лечит от бесплодия, в 81 год - крайне актуально. В общем, умереть в очереди за чудесным исцелением - это потрясающе.

Удивительное сочетание средневековья с ранним палеолитом. "Культ карго", как уже было сказано.
Для тех, кто упустил эту славную страницу истории человечества, расскажу. Во время войны на Тихом океане между Японией и США на острова Полинезии пришла цивилизация. Белые люди строили на Вануату аэродромы, и туземцы с удивлением наблюдали, как самолёты привозят жрачку и иные блага буквально с неба. Туземцам с этого праздника жизни тоже перепадало. Не будь дураками, аборигены решили, что это неспроста. Это духи предков решили о них позаботиться, прислали самолётов с едой, а хитрые белые перехватили по дороге. Когда война закончилась, и белые ушли, блага перестали сыпаться с воздуха. Снова не будь дураками, местные решили, что надо просто повторять "ритуалы" белых, и духи снова пошлют вожделенный груз (пресловутое "карго"). Аборигены построили из подручных материалов взлётно-посадочные полосы, диспетчерские вышки, макеты самолётов, сделали из веток "ружья", вытатуировали на спинах "US Army" и принялись имитировать работу военного аэродрома и ждать привета от предков. Результаты объяснять?
Ничего не напоминает? Причастие? Вербное воскресение? Пасху? Рождество?
Знаете, а полинезийцы оказались умнее. Когда игра в аэродром не принесла результата... они просто бросили это дело. Они не стали спорить о символе веры, вводить целибат, бороться с ересями и молиться на английском. Просто прекратили бесплодные усилия. Аминь.

Когда мы чему-то научимся?

Posted via LiveJournal.app.

Holden Caulfield

А ты готов к Третьей мировой?

Если бы во главе внешней политики всех стран сидело по Киссинджеру, мир был бы намного стабильнее и безопаснее.
Реалист реалиста всегда поймёт. Реалист никогда не примется писать против ветра в попытке развернуть ветер - он знает, что закончатся эти попытки мокрыми штанами.

Поэтому когда я вижу идеалистов в нашей профессии международника, я поёживаюсь. Идеалисты, безусловно, меняют историю. Примерно так же химик, решивший проверить "а что если смешать вот это зелёное с этим красным?", меняет архитектуру лаборатории. И пары кварталов вокруг. Везде, где твёрдые убеждения, иллюзии, фобии и мании вторгаются в международную политику, начинается караул. Реальность отрывается от реальности, какой она должна быть, и становится реальностью второго порядка.

Не беда, аналитик должен уметь справляться и с такими аберрациями. "Объективная реальность диктует вот это, но, поскольку у власти идиоты, произойдёт вот это".
Беда начинается дальше.
Беда, если аналитик - идеалист. Тогда он начинает генерировать аберрации самостоятельно и умножать уже существующие. Это реальность третьего порядка, производная от производной.

Простой пример.
Реальность. Внешнеполитические потери от войны в Ираке для США очевидно превышали возможные приобретения. В лице Саддама Хусейна регион имел очень сильный противовес шиитскому Ирану. Поэтому я представляю, как в Тегеране улыбнулись, увидев, что США за свой счёт устраняют злейшего врага Ирана и пробуют установить демократию в преимущественно шиитском обществе (за кого же проголосуют эти люди... за христианских демократов, наверное). Это как если бы твоя тёща завещала тебе свою квартиру и тут же выпрыгнула бы с балкона на 16-ом этаже.
США десятилетиями прекрасно вели с Хусейном диалог (Примаков прекрасно это описывает, хотя Примакову не во всём следует верить). Я даже больше скажу: перманентный очаг управляемой нестабильности в регионе очень здорово соответствовал национальным интересам США. Ну и что, что он диктатор? Бокасса вон вообще людей на обед кушал. Никому же не мешало.
Реальность второго порядка.
"А пописаю-ка я против ветра и установлю демократию в обществе, которое отродясь её не видело и не заслуживало. Там будет город-сад и форпост американской политики на Ближнем Востоке".
Реальность третьего порядка.
"Да эти проклятые империалисты весь мир хотят завоевать!", - говорит российский аналитик. Это антироссийский заговор. Сейчас на нашу нефть начнут покушаться. Всем приготовиться!

Реальность третьего порядка, окончательно оторванная от истинного состояния дел, порождает реальность четвёртого порядка и апофеоз идиотизма.
Это очень чётко видно в современном Китае. Наверху там сидят прагматики и никак не склонные к авантюризму люди. Но эти люди вынуждены танцевать на горячей внутриполитической сковороде, ибо если не танцевать, пятки к сковороде прикипят. "Приглушим-ка прозападные настроения в обществе, ибо все прозападные яйцеголовые ещё и демократии хотят". Вместо прозападного вектора власть начинает раздувать патриотический спектр, и весь дискурс оказывается перекошен в сторону китайского национализма (реальность третьего порядка). Поскольку этот национализм всё более популярен, власти приходится постоянно делать реверансы в его сторону и поигрывать мускулами, иначе обвинят в мягкотелости. Сами себе флажки выставили. Вся внешняя политика съезжает с рационального начала к разрозненным ястребиным акциям. Добро пожаловать в реальность четвёртого порядка: хвост иррациональных академических построений мотает собакой внешней политики.

И с этим тоже надо справляться. Постоянно поддерживая в себе интеллектуальную дисциплину и не вылезая из требований неореалистической школы по уровням анализа: сначала смотрим на системные факторы на международном уровне, потом - на внутриполитические факторы, в самом конце - на личностные факторы.

Я к чему.
Максим Шевченко недавно призвал всех готовиться к Третьей мировой войне. Сами знаете с кем. Вы готовы?

Я хочу узнать, где он берёт такую траву. Глючит Максима Леонардовича знатно.

Есть ли на международном уровне предпосылки к такому развитию событий?
Гипотеза: США хотят развязать агрессивную войну в отношении России. Отлично, причины? Что США планируют "выиграть" в ядерной войне?
Ресурсы? Ну, начнём с того, что США производят больше нефти и газа, чем Россия. Там Канада с хорошими разведанными и извлекаемыми запасами под боком, может, с неё лучше начать? Ядерного оружия у Канады нет. Ещё его нет у Норвегии. Из не членов НАТО - у Катара и Саудовской Аравии. Давайте по ним жахнем!
А купить ресурсы нельзя? Мы их, вроде, охотно продаём. Дешевле выйдет, чем ядерная война. Кому нужны будут ресурсы после ядерной войны?
Хорошо, злокозненное НАТО строит систему ПРО, так что наше ядерное оружие станет неэффективным. Ну, для начала, инвалидная европейская ПРО никакой российский ядерный потенциал не удержит. Удержит - жахнем по Индонезии или Аргентине всей своей мощью, и мало всему миру от ядерной зимы всё равно не покажется.
Хорошо, американцы построили такую ПРО, которая способна отразить весь российский потенциал возмездия. Страсть Божья. Скажите, какой американский президент рискнёт проверить эффективность такой системы на практике? Даже если Максим Шевченко поделится с ним чудодейственной травой? Одна пропущенная боеголовка - это уже неприемлемый ущерб.
Хорошо, не пропустят ни одной. Тогда... Тогда несколько тысяч уничтоженных в стратосфере ядерных зарядов дадут такой nuclear fallout, что многие поколения мутантов будут с нежностью вспоминать Чернобыль.
Выигрыш нулевой. Издержки неприемлемые. Уже на этих основаниях - дурость.

Сползаем на уровень ниже и продолжаем анализировать. Внутристрановые факторы. Ими очень здорово объясняются и медведевский военный алармизм (кругом враги, голосуйте за "Единую Россию"!) и политика администрации Обамы в отношении Сирии. Я уже язык истёр объяснять, как и почему никакой военной акции в Сирии не будет. "Арабская весна" очень сильно идёт вразрез с американскими национальными интересами. "Американские шестёрки" в Лиге арабских государств приостановили членство Сирии не по указке "вашингтонского обкома", а в силу своих политических императивов. Сильную личную неприязнь испытывают. Причём к Ирану, а не к Сирии. Сирия просто слишком любит Иран.
Операция в Ливии - потрясающая дурость, конечно. И Обама очень её не хотел. Откладывал до последнего и настоял на минимальном вмешательстве. Привели в итоге к власти исламистов. Что выиграли-то?
Лично я Обаме за его внешнюю политику выставляю твёрдую "четвёрку", потому что, с учётом чудовищно ограниченных опций, он ведёт её восхитительно прагматично. Без пиар-прорывов, но чётко. Прорывов я и не ожидал.

Но где же тучи войны?

Давайте так. Если Третья мировая война начнётся из-за Сирии (как Первая мировая из-за Сербии), я лично съем свой диплом международника.
Кому он будет нужен после апокалипсиса?

Posted via LiveJournal.app.

Holden Caulfield

Тихий осенний заговор (в порядке японистического бреда)




В такие дни иногда жалеешь, что твоя профессия - японист, а не специалист по языкам тропической Новой Гвинеи.
Холодно.

Когда-то у меня была вполне приемлемая в климатическом плане профессия - я был арабистом.
И быть бы мне арабистом до конца дней моих. Но появился Акира и перепутал все карты.

Про Акиру.
Вчера от него пришло письмо. Нет, правда. Аж на три моих почтовых ящика, об одном из которых мог знать, собственно, только Акира.
Это немножко странное чувство. Просыпаешься от сигнала нового сообщения. Ещё плохо соображая, открываешь ящик. И там новое письмо от... от него. А его уже нет.
В письме нечто, превышающее мои таланты к расшифровке неизвестных языков. Это на него похоже. Я и японский начал учить, чтобы лучше понимать, чего же хочет это существо.
Я решил ничего себе не объяснять. В рай провели интернет. Всё. Такими темпами он скоро и в "Skype" выйдет. И заживём мы в прежнем формате: у нас будет семья по интернету. Как все последние два года.
Знаете, семья по интернету - намного лучше, чем посторонние люди на расстоянии вытянутой руки.

Остатки вчерашнего утра я провёл в размышлениях о том, что такое настоящая любовь. Настоящая любовь - это когда его уже нет, но от него по-прежнему приходят письма.
Пиши почаще, хорошо?

Я знаю, что я медленно схожу с ума.


***


Вчерашним вечером я воспитывал мальчика, старше меня на пять лет. Это укрепило меня в мысли, что все люди с Окинавы - пожизненно дети. Все мои знакомые окинавцы такие.

- Мне не нравится моё имя.
- Чем тебе не нравится имя Фумикадзу?
- Некрасиво звучит.
- А какими иероглифами записывается?

Пояснение.
Япония - пожалуй, единственная в мире страна, где абсолютно невозможно с точностью сказать, как человека зовут, даже если ты увидишь его имя на визитке. В отличие от китайского языка, в японском у каждого иероглифа есть минимум два чтения. Минимум. В именах зачастую используются редкие чтения и, к тому же, абсолютно невообразимые иероглифы.
Японские родители - великие извращенцы. Имя ребёнку многие до сих пор определяют, посоветовавшись со специальным жрецом-специалистом: число черт в иероглифах должно быть удачным, баланс черт между именем и фамилией должен быть соблюдён - это вам не святцы листать. Из предложенного списка удачных сочетаний затем нужно выбрать то, в котором иероглифы дают хорошую комбинацию по смыслу и красиво читаются.
В результате иногда появляются настоящие шедевры, которые никто не может ни прочитать, ни напечатать. Скажем, моего друга Акио хотели назвать Рэном. Но Рэн (очень редкое и красивое имя!) не подходил по числу черт. Тогда взяли Акио, но написали совершенно невообразимым сочетанием 昂生: первого знака нет во многих типографских наборах. Вот сейчас я "от руки" рисовал. В результате у него даже в школьном аттестате стоит неправильный иероглиф.
Одним из моих любимых примеров является имя 文明. Сейчас любой китаист мне скажет, что это слово означает "цивилизация" или "просвещение". Правильно, по-японски читается [бунмэй]. Но в имени - Фумиаки.
Вот такая игра в ребусы. Поэтому я и спросил про иероглифы.

- 史一.
- И что тебе не нравится? Смотри, какой смысл родители вложили: единственный (一) в истории (史). 史上唯一. К тому же, черт мало, писать удобно. Фумикадзу Окадзима (岡島 史一). Вот у меня есть друг, его зовут Дайки Эндо (遠藤 大騎). 52 черты в имени - уже за это его родителей можно ненавидеть.
- Не знаю. Мне хотелось красивое имя.
- Окей, давай я буду называть тебя Kaz. По-моему, здорово звучит.

И так весь вечер он мне рассказывал о своей сложной жизни.
Окинавец в Токио - это как итальянец в Норвегии. Проще на другой планете прижиться, наверное.
Одна страна, но два абсолютно разных менталитета. Окинавцы - очень тёплые, яркие и непосредственные, у них впереди всего отношения между людьми (я их в шутку называю японскими грузинами). Токийцы - прагматичные, невозмутимые и любящие порядок. Как эстонцы. Ещё окинавцы как все южане немного ленивые и расслабленные. Поэтому, наверное, и живут дольше всех в мире - 100 лет в режиме "хакуна матата". По-японски это называется непереводимым словом "нонбири".
Так что если у меня будет бойфренд с Окинавы, и мы оба проживём среднюю продолжительность жизни для нашего места рождения, то он переживёт меня на 30 лет.
Несправедливо. Жизнь несправедлива.


***


А день сегодняшний представлял собой сплошной заговор против меня.

Когда в выпуске новостей новостью номер один является погода, из дома лучше никуда не соваться. Над Японией уютно расположились два атмосферных фронта, поэтому хлещет как из ведра и подсасывает холодный воздух с материка.
Термометр в квартире в полдень зафиксировал +17. Я его ставлю в самое тёплое место, чтобы не расстраиваться.

Классика жанра - самодельный хамам.
Когда очень хочешь встать холодным утром, но очень не хочешь вставать, квартиру можно обогреть так. Встаёшь (это самый сложный этап), бежишь в ванную, открываешь горячую воду, включаешь душ - и пусть себе льёт. Бежишь обратно, запрыгиваешь под одеяло и прекращаешь всякий термообмен с окружающей средой. Через пять минут квартира заполняется волшебными облаками водяного пара, в которых можно почувствовать себя Зевсом-громовержцем (или ёжиком в тумане, от уровня образования зависит). В этом тумане можно по приборам снова добраться до ванной и чистить зубы в тепле и уюте.
По совместительству это - самый лучший способ убрать пыль со стен. Сама стечёт.

Так вот.
Я решил запечь свинину. Духовки у меня нет; не спрашивайте, как запекать свинину без духовки. Это такое древнее кунг-фу. Если я расскажу вам, вы расскажете всем, и духовки перестанут покупать и производить. Духовки станут редкостью, подорожают жутко, и я никогда не смогу купить духовку и запечь мясо по-нормальному.
Железная логика, правда?

Так вот, я решил запечь свинину. В процессе я обнаружил, что у меня кончилась соль.
За окном была глубокая осень со всеми её атрибутами. Просто иллюстрация из словаря к слову "омерзительный".
Но делать нечего. И жрать тоже, надо отметить, нечего. Поэтому я собрался за солью.

При выходе из дома, я обнаружил, что у меня нет зонта. Я в очередной раз тихо проклял своё воспитание. Привычка отдавать зонт прохожей девушке, если она идёт под дождём без зонта, регулярно зарабатывает мне восхищённые взгляды и острые респираторные заболевания. В общем, последний зонт ушёл на благотворительность. Его не жалко, он стоил 300 иен. Зато теперь километр чесать под дождём.

Я надел непромокаемую куртку с капюшоном (одна из лучших покупок в моей жизни) с эмблемой "Барселоны". Куртка-то непромокаемая, и с неё дождь отлично стекает. Но на очень даже промокаемые джинсы.
Домой я вернулся с ощущением, что только что вброд перешёл реку Тама. Хорошая новость заключалась в том, что река оказалась мне по пояс.

Забыв про свинину, я, обидевшись на весь мир, залез под одеяло. Высунувшись из под одеяла, я обнаружил бельё, развешанное мною ранее для сушки в комнате (на улице после такого дождя теперь месяц ничего не высушишь). Этот факт привлёк моё внимание. Сушиться бельё может только в соответствии с принципами термодинамики, которые гласят, что для сублимации влаги необходимо поглощение тепловой энергии из окружающей среды. Я почти физически видел, как мокрые джинсы поглощают бесценную тепловую энергию. Если учесть, что единственными значительными источниками тепла в комнате являемся я и чайник, то это просто бесчеловечно. Сволочи.
Энтропия растёт.

Если вы всё ещё хотите жить в Японии, перечитайте это внимательно.


***


А песня...
Наш с Акирой любимый Суга Сикао.
「月とナイフ」, "Луна и нож".

Боку-ва мата анна фу:-ни дарэ-ка аисэру-но-ка-на...
Соно токи-ва китто китто
Кагувасии кадзэ-но ё:-ни токи-га нагарэрэба ии,
Ицу-мадэ-мо дзутто дзутто
Цудзукэба ии.


Когда очень хочется выть на Луну.

Смогу ли я когда-нибудь ещё любить кого-то так же?..
Если да, пусть время обязательно
Течёт как ароматный ветер,

Пусть время длится бесконечно.





Holden Caulfield

Лесбиянству бой!

Вот простор для драматурга,
Живописца полотно:
Заксобранье Петербурга
Сильно озабочено

Пропагандой голубою,
Ведь важней вопроса нет...
Но не сдастся ЗакС без боя,
Супостатам даст ответ!

"Нет, товарищи, обидно:
В Заксобрании у нас
Натуралов уж не видно,
Что ни ткни, то пидорас.

Вы подумали о детях?
Кто же будет, вашу мать,
Если вымрем мы как йети,
Населеньем управлять?

Населению привычен
Наш отеческий догляд:
С бадминтоном как там нынче?
С кукурузой на полях?

Как летают там ракеты?
Нет тревожных новостей?
Как там в области балета?
Впереди ль планеты всей?

В Петербурге всё спокойно,
Нет для разговора тем.
Население довольно
Благосостоянием.

Все проблемы порешали,
Распилили мы бюджет -
Нынче "облико морале"
Ничего важнее нет!

Это извращенство дружно
Мы должны искоренять.
Нет, лизать, конечно, нужно.
Важно знать, кому лизать!

Это всё врагов потуги:
Вечно к выборам у нас
То с моралью станет туго,
То с таджиками атас.

Мы тут скурвимся с концами,
Коль не примем должных мер!
Партия здесь вместе с нами
Показать должна пример.

Голубые приставали -
Извести решили Русь.
На парады зазывали!
Не поддался я, клянусь!

Лесбиянки разгулялись,
Нет спасения от них:
Тётю Валю вербовали!
Но не вывербовали!

Тётя Валя от позора
Убежала аж в Совфед!
И теперь, любимый город,
Кроме нас надежды нет.

Чтоб враги вконец отстали,
Чтоб иссякла эта муть,
Предлагаю: для морали
Попилить ещё чуть-чуть".

Posted via LiveJournal.app.

Holden Caulfield

Lady in Satin



- Ты какой-то совсем холодный стал.
- Остываю постепенно, ага.
- Почему?
- Ты слышал когда-нибудь "You Don't Know What Love Is"?
- Нет.
- Вот.

... - Знаешь, я его никогда не видел, но я с ним разговариваю каждый день.
- О чём?
- Я прошу, чтобы он тебя отпустил.
- Успехов. Привет передавай, давно мы с ним не разговаривали.


***


Среди всех её альбомов больше всего я люблю "Lady in Satin".

Он очень академичный. Слишком даже академичный для 1959 года, когда эпоха больших оркестров безвозвратно уходила. Но она могла себе позволить эту роскошь.
Это уже совсем не тот голос. Совсем не те свобода и радость, как в её ранних работах.
Это мудрость и смирение. "I Get Along Without You Very Well". Здесь вся её жизнь, все её чувства, всё, что на финише можно, оглянувшись назад, пережить уже отстранённо и спокойно. Даже немного иронично по отношению к себе.
И всё же... всё же жизнь прорывается сквозь строки. Она очень дорожила этим альбомом. Очень переживала за него. Переживала его. И плакала в студии, когда запись закончилась.

Её ближайший друг Лестер Янг умер в 1959 году.
На его похоронах она сказала: "Я уйду следующей".
Так и вышло.

Мне всегда казалось, что творцу при жизни не воздают по заслугам.
Чтобы создать нечто подобное нужно жить с открытой раной без наркоза.
Миллионы людей терпят поражение. И только единицы из своего поражения делают искусство. Которое лечит раны других.

You don't know what love is
Until you've learned the meaning of the blues,
Until you've loved a love you had to lose
You don't know what love is.



***


- Мы расстаёмся?
- Да, пожалуй. Я не смогу дать тебе то, чего ты хочешь. Это очень неудачный период, чтобы от меня чего-то ждать. Не грусти.

... And lips that taste of tears
Lose their taste for kissing.